Пошел сегодня на улицу, вдохнул, шумно с удовольствием выдохнул, зажмурил глаза на солнышке и задал себе вопрос: «А что же сегодня самое главное в этой жизни?» Удивительным образом в ответ в голове возникло: «вторичная выгода». Вот так вот: солнышко, весна и вторичные выгоды. Стал думать, зачем они тут, почему. Если смотреть на них как на самое главное, то действительно начинаешь видеть их везде. Самый простой пример — это когда человек может делать хорошо, но не делает. Например, разумно один раз хорошо сделать дороги. Но нет. Включается вторичная выгода: не сделать, а делать. Каждый год получать за это деньги. Вторичная выгода перевесила первичную. Не вылечить а лечить, и так далее.
Даже простейшие вещи: почему не выразить свою позицию четко и ясно? Казалось бы, что плохого? Но нет, а вдруг это кому-то не понравится... а вдруг начнутся насмешки? Если хочется их избежать любой ценой, то вторичная выгода опять победила: насмешек не будет. Если звезды не зажигают, значит, это тоже кому-то нужно. Этот механизм прячется везде, где ситуация кажется нелогичной, болезненной или неэффективной, но почему-то упорно не меняется. Подсознательный «бонус» просто перевешивает здравый смысл.
Примеров вокруг немало:
Хроническая усталость и частые недомогания. Человек объективно страдает, постоянно жалуясь на отсутствие сил или легкие болезни, но не доходит до врачей и не меняет образ жизни. Вторичная выгода: это легальный способ снять с себя ответственность, избежать неприятных бытовых дел. А заодно — гарантированно получить заботу и внимание партнера.
Позиция «жертвы» в браке. Один из партнеров годами терпит неуважение, жалуется друзьям на свою тяжелую долю, но ничего не меняет. Вторичная выгода: подпитка сочувствием окружающих и ощущение собственного морального превосходства («я несу свой крест»). И главное — защита от страха неизвестности: не нужно брать на себя ответственность за выстраивание новой жизни.
Тотальный контроль и гиперопека над взрослыми детьми. Родитель продолжает решать все проблемы за выросшего ребенка и вмешиваться в его семью, жалуясь, что «он без меня пропадет». Вторичная выгода: сохранение иллюзии собственной тотальной нужности и спасение от необходимости обратить внимание на свою личную жизнь.
Микроменеджмент. Владелец или топ замыкает все процессы на себе, работает сутками, не делегирует задачи и сетует на некомпетентность команды. Вторичная выгода: чувство собственной абсолютной власти и идеальная отговорка, чтобы не заниматься действительно сложными стратегическими задачами, где есть реальный риск потерпеть крах. В текучке прятаться безопаснее.
Работа с «токсичными» клиентами. Компания годами обслуживает клиента, который выматывает всю команду правками и задерживает оплату, вместо того чтобы с ним расстаться. Вторичная выгода: имитация бурной деятельности и готовое оправдание стагнации бизнеса («мы не можем взять новые проекты, вся команда занята»). Это страхует от необходимости выходить на открытый рынок и получать там возможные отказы.
Сейчас вот наблюдал, как на Ленинградке разбирают огромную ёлку. 13 марта. Ну это не ёлка, конечно, это пятиэтажная конструкция. Железный конус, утыканный пластмассовыми ветками и шарами. И мужик в красной униформе выдергивает эти пыльные ветки. Когда он их дергает, образуется клуб пыли и летит в сторону области. Дергает их, кидает на землю. Шары складывает в огромный мусорный пакет.
Понятное дело, что воровство и коррупция процветали во все времена. Но почему-то кажется, что иногда они компенсировались желанием что-то в этом мире сделать, оставить свой след. Возможно, перелом произошел на рубеже 60-х и 70-х, когда идеализм, вера в человеческий гений, желание лететь в космос сменились гедонизмом. И тогда достаточным стимулом для подвигов стали «личные достижения» — перетягивание кусочка общего пирога к себе. В союзе это поддержало советское кино, создав образы, отравляющие эфир до сих пор.
Интересно, есть ли какая-нибудь третичная выгода? Оттого, что люди перестали хотеть сделать что-то великое, стало ли лучше? Пока не видно. И можно предположить, что отсутствие желания покорить новые миры, построить что-то огромное… компенсируется вторичными выгодами.
Да, мне нравится делать образы Москвы, осциллирующие между «Москва, которую мы потеряли» и «Москва, которой никогда не будет». Это очень уютное место, пойду подумаю, каковы вторичные выгоды от пребывания в нем…